В потемках страсти - Элеонора Юсупова

В потемках страсти

Элеонора Юсупова

© Элеонора Юсупова, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

На залитой солнцем лужайке маленький мальчик играл со щенком. Его волосы золотились на солнце, с лица не сходила улыбка. Вот сейчас он кинет мяч куда подальше, и щенку уже до него не добраться…

– Артур, хватит играть, пошли к нам фотографироваться, – окликает его такой знакомый и родной голос, голос его мамы.

И мальчик, так и не осуществив затею с мячом, откладывает игру и присоединяется к остальным. Вот щелкнул фотоаппарат, а он как всегда высунул язык, скорчив рожицы. И все равно фото получилось славным, ведь оно семейное. Все в сборе: он, родители, бабушка и годовалый младенец рядом, его сестренка. А сам Артур после фото кричит радостным голосом:

– Нет ничего дороже семьи! Дороже вас!

И мальчик побежал дальше, продолжать свои любимые игры. А фотография осталась на память, ее повесили в большой рамке в коридоре. Так она и продолжала там висеть долгие годы…

«Ностальгия», – подумал Артур, глядя на рамку. Этот момент был все еще жив в его памяти, а ведь с тех пор прошло много лет. И ему уже не 6 лет, как на фотографии, а 23. Он теперь взрослый юноша, позади школа и университет. Да, многое изменилось с тех пор. Даже с волосами произошли перемены, с годами они потемнели, и теперь его, скорее, можно было назвать русым, чем блондином. Он посмотрел в зеркало. Артур был вполне симпатичным парнем, с большими карими глазами, ростом выше среднего, с обаятельной белозубой улыбкой. Единственное, что его в себе не совсем устраивало, – телосложение. Он много занимался спортом, но все равно его тело выглядело недостаточно мускулистым, как ему того хотелось бы, и еще было к чему стремиться. Впрочем, ситуация была значительно лучше, чем несколько годами ранее, когда парня и вовсе упрекали за чрезмерную худобу.

«Как хрупкая девчонка!» – порой бестактно бросали в ответ. И Артура это, конечно, не могло не задевать. А ведь у него как раз тогда было время первых влюбленностей, когда хочется нравиться девчонкам, быть в их глазах мачо. Он вздохнул. А потом сразу же вспылил, когда неожиданно по радио заиграла песня «Надо подкачаться, надо, надо подкачаться». Эта песня только лишний раз задела за больное, и он выключил радио.

– Артур, идем кушать, – неожиданно услышал он.

И, как обычно, ответил:

– Да, сейчас, мам.

И, подправив свою белую футболку, направился на кухню.

Рита накрывала на стол. Рядом возилась Майя, ее свекровь, подавая тарелки и вилки. Вот-вот вся семья Оболенских должна была быть в сборе. Рите нравились такие моменты. Как же хорошо, что можно вот так вместе собраться за столом и заодно, возможно, поговорить по душам. А последнее она, будучи довольно разговорчивой, просто не могла не любить. Дай только повод, и она готова была болтать без умолку. Живая, общительная и веселая, Рита была противоположностью своего мужа, Филиппа Оболенского, человека на редкость спокойного, задумчивого и рассудительного. Спокойного, за исключением моментов эмоциональной вспышки, то есть практически всегда. И лучше даже не интересоваться теми самыми моментами, посколькув гневе его было не узнать. И все остальные в его семье успели убедиться, что лучше его не злить. Разными супруги были и внешне: миниатюрная русоволосая Рита с белой кожей и голубыми глазами ярко отличалась от высокого смуглого брюнета Филиппа с его густыми бровями и черными глазами. Разве что оба не первой молодости – ей уже было 46, ему 52. Но даже будучи настолько разными во всем, они любили друг друга, хотя с годами в их любви не было заметно особой страсти, любили той привязанностью и заботой, какой полагается любить родственников. А в браке часто так и происходит, что со временем пылкие влюбленные становятся просто привыкшими друг к другу родственниками, хорошими друзьями, скажем так. И это еще в лучшем случае. В худшем – не за горами развод, когда мужчина и женщина просто не смогли вынести потухшего огня между ними, у которого одна только искра была столь многообещающей поначалу и, увы, которая просто обманула все ожидания потом. Вне всякого сомнения, брак – большой труд. И супруги Оболенские неплохо потрудились, судя по их 24-летнему союзу и трем детям, его скреплявшим. Трем детям, так же отличающимся друг от друга, как и их родители.

– Опять голубцы, но они же уже были на обед.

– Милана, не жалуйся, сама знаешь, что у меня сегодня был загруженный день, – ответила Рита. – И зря так говоришь, они же удались на славу.

– Ну, просто я ими уже наелась днем.

– Уф, вы потише можете? Когда я ем, я глух и нем, – раздраженно сказал Артур.

Его сейчас не особо тянуло выслушивать разборки.

Милана удивленно повела бровью.

– Кто бы говорил, а сам порой и на минуту замолчать не можешь, трещишь как сорока.

– Все, дети, хватит, – воскликнула Рита своим громким голосом.

Ей не было нужды повторяться, когда с появлением Филиппа дети сразу замолчали. А Филипп, как обычно, сел за стол не один, а с книгой и то и дело поглядывал на нее во время еды. Он, его жена, дети и его мама – удивительно, что все помещались за не очень большим столом.

Дальше все было как обычно и как любила Рита – разговоры за столом, включавшие в себя и недавние новости по телевизору, и дела в школе или у родственников, не умолкали.. И только самая младшая – Алина – за все это время не проронила ни слова и тихо вышла из кухни. Ее мама это первая заметила.

– Что это с ней? – спросила она.

– Подруга заболела внезапно, вот она и переживает, – ответила Милана.

– Что, все так серьезно?

– Ну просто так внезапно упала в обморок сегодня на линейке, Алина, конечно, перепугалась за нее ни на шутку. Сейчас вот узнала, что та в больнице.

– Хоть бы все было без проблем, дай бог. Хоть бы все было хорошо, – заговорила вдруг Майя.

– Конечно, бабушка, – сказала Милана. – Не надо переживать.

Алина места себе не находила от тревоги. Роза была ее лучшей подругой, одна только мысль, что с ней может что-то случиться, пугала до ужаса. Вот и сейчас до нее даже не удавалось дозвониться. Алина тяжело вздыхала.

«Спокойствие, только спокойствие, – говорила она себе. – Как будто я обмороков никогда не видела». И тут же спохватилась. Вообще-то, и вправду не видела, только по телевизору, а уж там умеют так по-своему преподнести, что трясешься потом. А много ли в своей жизни видела Алина, самая младшая в семье, которой было всего лишь 13 лет от роду и которая так преспокойно, в полном благополучии, живет со своей семьей в Питере, горя не знает? Но она много читала, настоящий книжный червь, поэтому отличалась широким кругозором, была не по годам развита. И окружающие так привыкли видеть ее в очках и с книгой в руках, что нисколько не удивлялись ее серьезным размышлениям, столь несвойственным девочкам ее возраста. Ведь других ее ровесниц тянуло на дискотеки и свидания, а Алина вместо этого могла часами сидеть, уткнувшись в книгу. Учеба ей не доставляла никаких проблем, она была отличницей.

«Красавица растет», – не без восторга поговаривали о ней окружающие. Внешность она унаследовала от матери – ее мягкие русые волосы и красивые большие глаза. Только у Риты глаза были чисто голубые, как небо, а у Алины наполовину серые. А характером Алина была похожа на отца – такой же интроверт по натуре, любящий тишину и уединение, рассудительная и серьезная.

Какими разными они были с Миланой. Старшую сестру трудно было назвать тихоней и скромницей. Эдакая сорвиголова, она ни минуты не могла усидеть на месте, постоянно влипала в какие-либо ситуации, за что ее и прозвали любительницей приключений. Хотя ей тоже учеба в школе давалась без труда, за что она и получила золотую медаль, и хотя так же была начитанна и умна, во всем остальном у нее не было с Алиной ничего общего. Она была компанейским и темпераментным человеком, с очень громким голосом и активной жестикуляцией, шустрой и энергичной, всегда в центре внимания, и, собственно, стремилась к этому. Вероятно, догадывалась она и о своей внешней привлекательности, и в сочетании с навыками флирта это обеспечивало ей немалый успех у мужского пола. У Миланы уже были романы, короткие и не очень, бурные и страстные, она была уже опытной в этом плане. А иногда она и вовсе зевала от очередного звонка очередного поклонника. К ней тянулись и девушки, ведь с Миланой всегда было весело, она всегда умела разрядить обстановку, прослыла душой компании. Однозначно, ей было чуждо одиночество. Если характер ей, вне всякого сомнения, передался от матери, то трудно было определить, на кого она похожа внешне. У нее была светлая персиковая кожа, рыжие волосы, мягкие черты лица и зеленые глаза, яркие, как изумруд. И она сама по себе – мисс яркость. Сейчас была только середина сентября, еще месяц толком не прошел с момента студенчества, как Милану все заметили в университете, она стала популярной.